Немного из предыстории. Как известно, в связи с распадом СССР и образованием суверенной абхазской государственности нам пришлось переходить к новой избирательной системе. Старая (советская) избирательная система уже не отвечала новым социально-политическим реалиям. К тому же она страдала определенным формализмом. По существу тогда избирателю приходилось лишь голосовать. Отбор кандидата происходило в высших партийных органах. Правда, процедурно сам отбор происходил довольно строго и продуманно: трудно было случайным, морально и профессионально некомпетентным людям пробраться в высшие органы государственной власти. И, самое главное, депутат, да и любое должностное лицо, хорошо знал свою служебную функцию, обязанности и нес ответственность за их качественное выполнение перед своим избирателем и обществом, в целом. Тем самым обратная связь депутата со своим избирателем все же поддерживалась. Но в то же время право избирателя на свободное волеизъявление оставалось сполна нереализованным. Ему как бы не доверялось самому осуществлять выбор кандидата. Несмотря на эти и другие изъяны, система функционировала бесперебойно.
Об иллюзиях. С образованием суверенной абхазской государственности перед нами возникла возможность самим формировать кадрами органов государственной власти и управления, на что возлагалось большие надежды. Формально выборный процесс теперь так и происходит: мы уже не только голосуем, но выбираем, активно и непосредственно участвуем в смене государственной власти и управления. При этом никто ни из Москвы, ни тем более из Тбилиси, не диктует нам, за кого следует голосовать, и не ограничивает наше право на свободное волеизъявление. Кого же следует избирать в государственные органы власти и управления, приходится решать уже нам самим. Это значит, мы (избиратели) несем ответственность за качество осуществления государственной власти и управления в стране. Но готовы ли мы (избиратели) нести такую ответственность?
О реалиях. Как показывает избирательная практика, нести такой ответственности мы еще не готовы. Причем, за это винить среднего избирателя тоже не приходится. Он не только не знает, но и знать не может, что собой представляет институт государственности, его роль в жизни общества и какие люди в нем должны работать. В лучшем случае он знает лишь то, что сегодня мы строим независимое от Грузии государство. Но какое общество при этом должно формироваться, наш избиратель представлений не имеет. Хотя Конституция достаточно четко определяет его роль в жизни государства (статья 2), его права и полномочия, но нет механизмов их реализации ни в законодательстве, ни в социальной практике. Можно сказать, что в известной степени он как бы отстранен от политической жизни общества и его потенциал остается сполна не использованным. Реально ему сегодня приходится лишь реагировать на те или иные вызовы и действовать по принципу «здесь» и «сейчас». У него нет достаточно осознанных ценностных ориентиров, социального образа будущего, который мог бы манить его к себе. Ему приходится жить не столько интересами общества (государства), сколько узкогрупповыми интересами.
Таких структур (организаций), которые могли бы вовлекать избирателя в политическую жизнь страны, формировать его политическое сознание и ориентировать в лучшее будущее, чтобы он мог осознано и ответственно участвовать в избирательном процессе, в обществе еще не образовались. Существующие политические организации (партий), как правило, формируются на базе не общих, а опять-таки узкогрупповых интересов и не отвечают предъявляемым им требованиям. Нет у них команд, апробированных и понятных обществу идей, а также программ их реализации. Но они претендуют на власть лишь одной критикой действующей власти и публичными обещаниями. Однако, придя к власти, они продолжают действовать по «образу и подобию» предыдущей власти. Конкурентная борьба между ними служит не столько укреплению социальных устоев и единства общества, сколько разрушению их.
В этом русле происходят подбор и расстановка кадров в органах власти и управления. Они назначаются, как правило, на те или иные государственные должности не столько по моральным, профессиональным и другим личностным признакам, сколько по принадлежности той или иной группе. Об этом говорит, в частности, и тот факт, что при смене власти многие не только рядовые госчиновники оказываются безработными, но даже и высшие государственные должностные лица. Спрашивается, если такие лица не отвечали предъявляемым моральным и профессиональным требованиям, как они оказались в структурах власти и управления? Но если они отвечали этим требованиям, почему же при новой власти оказались не востребованными?
Возникшие в избирательном процессе острые проблемы все еще остаются критически не осмысленными, и данное выступление не может восполнить имеющийся здесь пробел. Между тем они сотрясают жизнь общества. Пытаясь как-то объяснить их, мы часто лукавим и начинаем указывать на изъяны действующего избирательного законодательства. Несомненно, наше законодательство далеко от совершенства и его надо приводить в соответствии требованиям текущих реалий. Но куда легче и проще устранить имеющиеся в законодательстве изъяны, чем научить избирателя действовать по нормам закона. Ведь в законе не прописано, что избирательские голоса можно продавать и покупать? Такие и подобные им нарушения избирательного закона стали ныне столь очевидными, что излишне их здесь доказывать.
Очевидно и то, что при такой избирательной практике трудно рассчитывать на успех в сменяемости власти и улучшении качества государственного управления обществом, в котором оно остро нуждается уже не один десяток лет. Сама эта практика давно уже показывает свою ущербность и необходимость перехода к новой избирательной практике. Но переход к новой избирательной системе, как мне представляется, не может быть осуществлен формальным способом. Об этом говорят, в частности, и те попытки, которые ранее предпринимались руководством страны, но не дали желаемого результата. Боюсь, что такого результата мы не получим и сейчас от группы, работающей по поручению руководства страны над таким проектом.
Все эти попытки страдают, на мой взгляд, одним существенным недостатком. Авторы их пытаются внести лишь технические поправки в действующий закон, когда речь может и должна идти о существенном изменении самого закона. Чтобы выполнить такую работу, исполнителям необходимо определить, прежде всего, цель данного проекта, методологическую базу его, задачи, которые призван решать закон и др.
Нетрудно понять, что целью данного закона может быть обеспечение органов власти и управления кадрами, способными и готовыми управлять обществом по выполнению Госпрограммы социально-экономического развития страны на среднесрочную перспективу. Именно выполнение такой программы может и должно быть краеугольным камнем закона. Простая смена одних руководящих работников на других, как это происходит у нас, желаемого эффекта не может дать.
Более того, эта же программа должна быть методологической основой избирательного законопроекта. К сожалению, такая программа все еще остается не востребованной в нашем обществе.
Нельзя также не отметить: в современном мире смена власти происходит весьма напряженно. Нетрудно заметить, как деформируется идея государственности и превращается в инструмент наживы. Эта тенденция наблюдается и у нас. Потому требования закона должны быть более жесткими и четче определенными, обращая особое внимание на морально-волевые, профессиональные и другие личностные качества избираемого на государственную должность.
Но закон не может и не должен насаждаться одним административным, тем более, репрессивным методом. Он может быть внедрен в жизни общества лишь в том случае, если в этом заинтересованы, как верхи, так и низы. Заинтересованным в этом они могут быть, когда закон выражает интересы и потребности, как одних, так и других. Только в этом случае соблюдение закона становится более выгодным взаимодействующим сторонам.
Чтобы власть и народ конструктивно взаимодействовали, необходим достаточно высокий уровень их организованности. Такой организованности не наблюдается сегодня, как в верхах, так и, особенно, в низах. Внутри народа, как уже отмечалось, нет общественной структуры, способной организовать его, как единого социального субъекта. Создание такой структуры остается остро востребованной и еще не решенной задачей в жизни нашего общества.

от L G

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *